Стандарт № 5

Статистика

Онлайн всего: 2
Гостей: 2
Пользователей: 0

Каталог статей

Главная » Статьи » Охота

ОХОТНИЧЬИ ПРИМЕТЫ
1888-90
 
Константин Плахов


«Выпьем, други на крови!»
(Русская охотничья песня)

В истории человеческой цивилизации охота была самой древней профессией, дававшей людям все необходимое - пищу, одежду, инструменты, жилище. Более того, охота была образом жизни первобытных племен. Именно она помогла людям преодолеть морозы ледниковых периодов, но, правда, ценой истребления таких видов зверей как мамонт, шерстистый носорог, гигантский олень, пещерный медведь. Очень многие современные охотничьи обычаи и приметы восходят к глубокой древности, к временам язычества. При этом некоторые из них дошли до нас почти в неизменном виде, другие – в преображенном или искаженном, третьи возникли сравнительно недавно, а четвертые – причудливо переплелись с православными традициями.
 
Russian hunter in Volga mouth, Paris, 1867 
 
Несмотря на уже более чем тысячелетнюю историю православия на Руси, языческие традиции оказались чрезвычайно живучими, народ сохранил их порой почти в неизменном виде, порой трансформировал в причудливый сплав культур и времен. Кто сейчас, например, справляя Масленицу, вспоминает, что это не просто проводы зимы, а сложный обряд, где с одной стороны, приветствуется торжество Жизни над смертью (сжигание чучела Мораны), а с другой – славится Солнце (Даждьбог), символом которого служат знаменитые блины. А древняя традиция поминок, когда застольем и весельем, опять-таки, достигался двойной эффект: как бы говорили щурам (предкам), что их не забывают, а смерти противопоставляли Жизнь. Как усмотреть в Георгии – Победоносце, который, кстати, является символом Москвы, языческого Перуна, на крылатом коне сошедшегося в смертельной схватке со змеем – Волосом? И многие другие обычаи, которым мы просто следуем, не задумываясь об их языческом происхождении.



Как у народов и племен, живших на побережьях морей и океанов, всё строилось вокруг моря и рыбной ловли, так у народностей и племен, союзы которых дали основу русского народа, именно охота и земледелие имеют наиболее прочные и глубокие корни. В центре охотничьих и иных традиций древних восточных славян, лежали представления о самом мироздании: Великая Мать Жива посадила Мировое Дерево, раскидистый дуб, который ветвями своими, воздетыми высоко в небо, и корнями, проникшими глубоко, объединил Землю и Небо в единое целое. Великое Древо проникло до седьмого неба и накрыло его своей вершиной. Само же седьмое небо стало дном для небесной воды. На нем родился остров, именуемый ирием (Буяном) где стали жить все прародители земных животных – зверей, птиц, рыб, ящериц, лягушек, змей и всех остальных. Отсюда они сходят на землю, когда наступает их черед родиться. Сюда же наши птицы улетают осенью, когда приходят холода и бог Ярило закрывает серебряными ключами вход с тем, чтобы по весне выпустить всех обратно. От любви Земли и Неба родились боги Любви - Род (Любовь Мужская) и Лада (Любовь Женская). У Лады, потом, родилась дочь – Леля, которую, вместе с матерью стали звать Рожаницами, так как они давали Жизнь всему сущему. Зверь, птица или рыба, пойманные и избавленные охотниками или рыболовами от шкур и плоти, уходят в ирий. Там их встречает старший в роду, и они докладывают ему, следовал ли охотник (рыболов) Правде Лесной, не мучил ли он их понапрасну, повинился ли он их душам, покинувшим тело, поблагодарил ли их по чести. Хорошо если охотник выполнил все необходимые формальности, тогда Мать и Дочь Рожаницы – Лада и Леля быстро сошьют зверю новую шубку, скроят птице оперение или оденут рыбу в чешую и позволят им вновь родиться в норе, гнезде или в воде и продолжить род свой дальнейшим воплощением.
 


В период язычества, который, к слову сказать, длился в истории народов Руси намного дольше, чем православие, поведение человека в лесу, на охоте и рыбной ловле регламентировалось достаточно жестко. Для сравнения: современное православие вообще никак не обозначает своего отношения к охоте, в отличие, например, от ислама. Своеобразный свод этих правил именовался «Лесной Правдой». «Правдами» тогда называли любые законы, отсюда и выражение: «Не по Правде живешь» (живешь не по закону). Согласно этим предписаниям, Человек, пришедший в лес, к реке, озеру, или роднику должен был приветствовать их союз с Великой Матерью, поклониться, оставить подношение. Как у самостоятельных созданий, надлежало спросить у них разрешение на охоту или рыбалку. Добывать зверя, птицу или рыбу следовало только для пропитания или на продажу, и такими способами, которые бы сводили к минимуму страдания животных. До наших дней сохранились некоторые из заповедей той Правды: «Убитого зверя не держи в поле - будет худо», «Живую рыбу домой носить – не станет ловиться», «С корня лес не валяй, а валежник собирай».
 
Kubanskaj ohota, the Grand duke Sergei Mikhailovich and Aleksandr Mikhailovich, grandchildren of Russian emperor Nikolay I. have hunted down bisons

После успешной охоты или рыбалки следовало отблагодарить души животных, отвести от себя их гнев за преждевременно оборванные жизни. При этом чтобы облегчить и ускорить возвращение животных в новом обличье на Землю, требовалось хоть что-либо из добытого оставить на месте. Кусочек ли шкурки зверя, несколько перьев от птицы нужно было положить рядом с краюшкой хлеба под приметным деревом в лесу, рыбьи внутренности надлежало обязательно бросить обратно в реку. Горе, если нерадивый охотник или рыболов не будут чтить Лесную Правду – тогда удача покинет их, а угодья оскудеют зверем и птицей, водоемы обеднеют рыбой. За этим бдительно следили своеобразные и довольно сложные существа: Лесовик (Леший) – в лесу, а Водяной – в озере или на реке. В современное время, к сожалению, эти традиции преломились в элементарные попойки – по приезду на охоту (рыбалку) и в честь добытой дичи, если, конечно, жестокое похмелье не помешает успешной охоте или рыбалке. А ведь предупреждали предки: «С пьянством спознаться – с охотой расстаться!», так же как и много позднее: «Запах табака зверь чует издалека».
 
 

Чтобы не спугнуть удачу, зверей нельзя было именовать прямыми названиями: медведь, волк, лисица, заяц. Вместо них употреблялись различные иносказания: Хозяин, Серый (кум), Рыжая (кумушка), косой и т.п. И даже их следы – не просто следы, а нарыск (лисий), малик (заячий) и только волчий – след. Для охотника и рыболова существовала целая масса примет, помогавших предугадывать погоду или избегать сглаза, обманывать неудачу. Отсюда и традиционное пожелание: «Ни пуха, ни пера!». Интересно, что просто взять отказаться от охоты человек не в состоянии, это слишком глубоко в нас заложено: «Охота – пуще неволи». Не зря домашние приговаривали: «Охотник – человек пропащий, рыбак – сгинувший». Встретить по пути на охоту или рыбалку женщину с пустыми ведрами, кошку, лисицу, зайца, белку, вернуться с пути назад, оступиться на левую ногу, услышать по дороге карканье вороны или кукование кукушки до еды, чешется перед охотой левый глаз или левая ладонь и пр. – удачи не будет. С другой стороны – помыться в бане накануне охоты, встретить похоронную процессию, женщину с полными ведрами, волка, медведя, найти подкову, чешется перед охотой правый глаз или правая ладонь, услышать крик сойки справа и т.д. – к успеху. Чтобы приманить удачу, нож, стрелы или рогатину следовало вымазать в крови убитого зверя. На сеть или невод нельзя было наступать – рыба не будет ловиться…
 

Hunt english pointer by Stepanov, 1888-90


Одна из самых серьезных охотничьих примет: встретишь, отправляясь на охоту, попа или монаха - удачи не будет. Она пошла со времен Крещения Руси, которое было далеко не таким безоблачным и всеобщим, как уверяют историки церкви в последние годы. Огнем и мечом крестил соотчичей Князь Владимир. Тех, кто осмеливался сохранять веру предков, казнили, а их имущество отдавали доносителю. Разумеется, что охотник, отправившийся в лес, оказывался в очень сложном положении: начнешь прятаться, убегать или станешь исполнять Лесную Правду – сам себя выдал, значит – язычник. Не по Правде же охотиться – удачи не будет, обидятся лес и зверье. Охотник был для священнослужителей лакомым кусочком. Достаточно было малейшего подозрения, чтобы донести на него князю или воеводе, погубить самого охотника и его семью, да еще и нажиться на этом, заграбастав имущество - чем не занятие. И так хорошо они это делали, что и тысячу лет спустя в памяти народной отложилось: худшей из примет для охотника остается встреча со священнослужителями, после которой в это день лучше уже не стоит идти ни на какую охоту.
 

1858

Охотники и рыболовы – люди достаточно суеверные, но что такое суеверья, как не языческие обереги и традиции. Например: «Не ставь котел, пока зайца не нашел», «Не дели шкуру неубитого медведя», «Не убив зверя, шкуру не снимай», «Впереди невода рыбку не лови»… И все это для того, чтобы не отпугнуть удачу, чтобы добиться успеха. К тому же существовали и разнообразные заговоры*. Например, заговор на удачную ловлю зверей:

«Встану я, раб такой-то, благословясь и перекрестясь, чистой водой умоюсь, шитым бранным полотеничком утрусь, пойду из избы, с отцом прощусь, с матерью благословлюсь. Пойду из избы в двери, из дверей в сени, из сеней на крылечко, с крылечка по лестнице в чистое поле, в твердые заводы, в восточную сторону, во темные леса, под ясную зорю, под красное солнце, под светлый месяц, под частые звезды! Ясной зорей оденусь, красным солнцем опояшусь, частыми звездами опотычусь; пойду я раб такой-то, со своим железным кляпцом в темные леса в восточную сторону, в чистое поле, а в том чистом поле лежит бел-горюч камень; стану я, раб такой-то, к востоку лицом, к западу хребтом, на все четыре стороны поклонюсь. Пособите и помогите вы мне, рабу такому-то, за охотою ходити, белых и серых зайцев ловити; куниц и лисиц, и серых волков, дорогих зверей рысей загоняти и залучати, чтобы бежали по своей ступи и по своей тропе, безопасно, на сторону не отмятывались и взад не ворочались. И сохраните меня, раба такого-то, с моим железным кляпцом, от урока и призора, от стрешника и поперешника, от колдуна, и от ведуна, и от поветра, от двоезубых и троезубых, от двоеженных и троеженных, от кривых и слепых, от русоволосых, и беловолосых, и черноволосых, и от пустоволосых, от девки и от парня, чтобы им меня не испорчивать. Поставьте около меня три тына – тын железный, а другой медный, третий булатный; замки замкнитесь, отнеситесь, ключи и замки; чтобы эти ключи лежали там безопасно, как к ели хвоя, так к кляпцам железо! А мне, рабу такому-то, скок крепок и жесток! В синем море синий камень, в черном море черный камень, в белом море белый камень. Сей мой заговор».
 
с. 1920

Заговор на поставных клетях на зайцев: «Встаю я, раб такой-то, умываюсь ни бело, ни черно, утираюсь ни сухо, ни мокро. Иду я из дверей в двери, из ворот в вороты, в чисто поле, к лесу дремучему, а из леса дремучего бегут ко мне навстречу двадцать сатанаилов, двадцать дьявоилов, двадцать леших, двадцать полканов** – все пешие, все конные, все черные, все белые, все высокие, все низкие, все страшные, все робкие; стали передо мною те сатанаилы, дьявоилы, лешие и полканы, стали на мою услугу и подмогу. Подите вы сатанаилы, дьявоилы, лешие и полканы в – такой-то остров, пригоните русаков и беляков на мои клевы поставные: сумеречные, вечерние, ночные, утренние и полуденные. Пригоните, остановите и в моих клетях примкните».
 
The Hunting Party, by Jaroslav Fr. Julius Vesin (1860-1915)
 
Tying Up The Game, by Jaroslav Friedrich Julius Vesin (1859-1915)

After The Hunt, by Jaroslav Friedrich Julius Vesin (1860-1915)
 
Или заговор охотника на уток, гусей, тетеревей: «На море на Окиане, на острове Буяне, на зеленой осоке сидит птица, всем птицам старшая и большая, а держит она грамоту неписанную, и велит она всем птицам слетатися на такие-то озера и болота, и велит всем птицам сидеть от утра до вечера, от утренней до вечерней зори, от ночи до полуночи. Заговариваю я, раб такой-то, уток, гусей, тетеревей, всякую птицу ведомую и неведомую сидеть несходно по мой приход, по мое крепкое слово, во веки нерушимо».
 
Бланк отчета царской охоты. Автор Rudolf Fiodorovich Frentz, 1896 (Посмотреть другие бланки)

Можно еще было воспользоваться помощью волхва. Например, соберет он в Петровки, во время вечерней росы, травку колюку, засушит, сохранит в коровьем пузыре и отдаст охотнику, разумеется, по особому расположению. Лук или ружье, окуренные этой травой, стреляют метко: ни одна птица не ускользнет от их выстрелов. И уже не страшен будет злой кудесник, не заговорит он на промах сие оружие никаким заговором. Можно у чародея взять и траву адамову голову. Собирает он ее в Иванов день, хранит скрытно до великого четверга. Ее сила простирается на диких уток – окурить ею все снаряды и будешь с большой добычей.
 
Bear Hunt with laika by Korovin, 1888-90 

Хотя, с другой стороны, плохому охотнику или рыболову никакая даже самая хорошая примета не поможет, разве что «В мутной воде и не рыбак рыбу ловит». В конце концов «Болтуна видать по слову, охотника и рыбака – по улову». Ведь известно, что «На ловца и зверь бежит», «У опытного охотника глаз остер, ум хитер, отличный слух, тончайший нюх». Конечно, все эти ухищрения и заговоры хороши, но при этом не мешает помнить, что охота и рыбная ловля это не забава, а тяжелый труд: «У всякой охоты разные заботы», «Без труда не вытащишь и рыбки из пруда», «Плохо поищешь – зверя не сыщешь», «Как на охоте потопаешь, так и дичи полопаешь».


 
А самое главное – древние традиции помогали человеку чувствовать свое единение с природой, быть ей не врагом, не «царем» или «покорителем», а ее частью, жить в гармонии с окружающим миром и не вредить ему, а рачительно использовать его богатства. «В лесу жить – голодному не быть», «В лесу и обжорный ряд, и пушнина, и курятная лавочка», «В лесу угодье, в степи – простор», «Зверь жив ельничком да осинничком», «Лесная сторона не одного волка, а и мужика досыта накормит». В качестве мер по сохранению дичи существовали заповедные места, где охота не допускалась, как правило – священные рощи или участки леса. Считалась также недопустимой охота или рыбалка в весенне-летнее время - в период размножения: «Зверя бьют – поры ждут», «Пришел май – рыбки не замай». Очень важным было бережно относиться к природным ресурсам, получив их от предков, использовать рачительно и передать потомкам не оскудевшими: «Много леса – береги, мало леса – не руби, нет леса – посади», «Не подымай на лес руку, он послужит сыну и внуку». Эти заповеди не потеряли своей актуальности и сегодня, ведь «Любишь охотиться, люби и о дичи заботиться». В конце концов «Охотничье хозяйство вести – не бородой трясти!».

 

* Тексты заговоров и чародейств – из собрания И.П.Сахарова «Сказания русского народа», СПб., 1885.

** Полканами на Руси встарь называли кентавров.
 

Категория: Охота | Добавил: clever (03.08.2012)
Просмотров: 3087 | Рейтинг: 0.0/0
Всего комментариев: 0
Добавлять комментарии могут только зарегистрированные пользователи.
[ Регистрация | Вход ]